Когда появится настоящий буйный

Когда появится настоящий буйный

Нижегородский ПСО «Волонтер» – один из старейших поисково-спасательных отрядов России. «Старейший» – название весьма условное: заниматься поиском пропавших людей с привлечением негосударственных организаций в России начали относительно недавно. Образцом для всех стал московский отряд «Лиза Алерт», постепенно инициативу стали подхватывать в регионах.  

7 лет назад нижегородец Сергей Шухрин слушал столичное радио. Дикторы говорили, что пропала двухлетняя девочка. Звали на поиски. Следующие дни, когда слушатели уже и думать забыли о пропавшем ребенке, Сергей ждал новостей. Радио включают миллионы людей ежедневно – но именно этот день стал отправной точкой появления в Нижегородской области поисково-спасательного отряда.

Сергей Шухрин – основатель и руководитель – к тому времени имел опыт самоорганизации и общественной деятельности. Пригодился диплом преподавателя ОБЖ, много лет пролежавший на полке. Сергей просто собрался и махнул в Москву: перенимать опыт. Его никто не «уполномочил», у него не было никакого «задания», он сам покрывал свои расходы. Было только понимание, что существующие механизмы поиска пропавших людей в реальности мало кого позволяют найти, цель: попробовать исправить ситуацию и желание этим заняться.

Сергей Шухрин, руководитель ПСО «Волонтер»: Съездил, всё посмотрел, мне это всё интересно стало. Тем более, есть опыт: я закончил президентскую программу, как менеджер вижу проблемы в процессах, в системе. И первая задача была создать отряд. Я предложил москвичам сделать филиал, но такой возможности не было. Пришлось делать отряд с нуля. Вывесил объявления в соцсетях «Приглашаю единомышленников в отряд по поиску детей и взрослых».

На первую встречу собралось 20 человек. Инициативу похвалили, но на первые поиски вышли двое. Тогда обратились родственники дедушки, который заблудился в лесу. Пока отряд в «мини» составе ездил по лесам – дедушка вышел к дому самостоятельно. Спустя неделю, на поиски 9-летней девочки, собралось уже 200 человек. Отряд заработал.

Сергей Шухрин, руководитель ПСО «Волонтер»: Сразу встал вопрос взаимодействия с силовиками, потому, что нормальных карт не было ни у кого – ходили с атласом автомобильных дорог. Связь – 1 рация на всех. Я поджог разломанный дом в заброшенной деревне, чтобы был ориентир и место, где можно погреться; мне его долго вспоминали. Я говорил: «Ребята, если что – шлите всех ко мне, я расплачусь». Но так никто и не пришел… А буквально через год стало понятно, что проблема поиска пропавших людей не решается одним созданием отряда. Выявилось множество проблем, которые находятся на стыке нескольких министерств, ведомств – и один отряд их решить не в состоянии. Распространение информации, чтобы, например, на всех заправках или в торговых центрах появились ориентировки. Кто с кем должен договориться?

ПСО «Волонтер» регулярно собирает круглые столы, на них регулярно приезжают представители местных властей, сидя за столом, они регулярно кивают головами – и пропадают до следующего мероприятия. В 2013 году организация и  ГУ МВД  по Нижегородской области подписали соглашение о взаимодействии. Тогда же был создан «41 пункт» – конкретные предложения о том, как повысить безопасность людей в области. Из 41 пункта выполнен один. Правда, государство 2 раза помогло «рублем» – на президентские гранты удалось купить автомобиль и рации. В остальном отряд существует и развивается на общественных началах.

Сергей Шухрин, руководитель ПСО «Волонтер»: Мы второй год занимаемся тем, что создаем филиалы в районах: чтобы не по пробкам ломиться туда за 150 километров, а на местах было бы 10-30 человек, которые сразу начнут поиски. Сегодня у нас есть 6 филиалов, мы надеемся, что их будет не меньше десяти к следующему году.  Пропажа человека – это потенциально опасная ситуация. Он может сидеть в колодце и ждать помощи. Он может погибнуть. Нам надо очень быстро найти человека, чтобы его спасти. Если похищен ребенок: по статистике у него всего несколько часов жизни, 3-4 максимум. Мы хотим добиться результата, чтобы у нас через час о пропавшем ребенке знала вся Нижегородская область. Сегодня это 2-3 дня. 7 лет назад, когда мы начинали, было 2-3 недели. 

Надо понимать, что только в Нижегородской области ежегодно пропадает до 3 тысяч человек. Кто-то плутает в лесу, кто-то провалился в люк: счет идет на часы. Службы быстрого реагирования неэффективны, если нужно «выходить в поле». Нет достаточного количества людей, не отработаны технологии, оставляет желать лучшего мотивация.

Сергей Шухрин, руководитель ПСО «Волонтер»: Пожарный, которого послали прочесывать лес, он говорит: «Слушайте, у меня скоро обед, отпустите меня». Полиция – примерно то же самое. Мы за ними каждый раз все перепроверяем. Мотивация у добровольца намного выше, как ни странно. Он хочет спасти, сделать доброе дело. В основном это люди неравнодушные, с активной жизненной позицией. Плюс к этому: понимая, что никто никогда в стране этим не занимался, мы старательно описываем все процессы и их совершенствуем. У нас есть система кейсов: мы учимся постоянно и учим других. Если мы однажды на чем-то обожглись – мы больше этого не допустим. Полиция, МЧС – костные структуры, их не «сдвинуть». Вот, например, у МЧС есть дрон с тепловизором за полтора миллиона рублей, но он на поиски ребенка не полетел, т.к. не было 5 тысяч на страховку. А без нее нельзя.  Поэтому мы сегодня говорим о том, что в первую очередь надо поддерживать добровольческие организации, которые занимаются поиском.  Они ежедневно на боевом дежурстве и организованы лучше любых других добровольцев.

Желание помогать людям не пропишешь в трудовом договоре, запал не удержишь зарплатой. Даже самые стойкие активисты выдерживают не больше трех лет, «среднестатистический» доброволец выгорает за 6 месяцев: морально и физически. Состав отряда постоянно обновляется. На сегодняшний день у ПСО «Волонтер» 53 000 подписчиков в соцсетях, 1500 анкет потенциальных помощников. У добровольческой деятельности есть и свои обратные стороны: на поиски могут выйти тысячи людей, а может не приехать ни одного. Если пропал ребенок собирается толпа, если старик – несколько человек. Тем не менее, 7 лет работы отряда: это сотни спасенных людей. Каждый год появляются новые опасности, не выявленные прежде факторы исчезновения людей. Постоянно приходится реагировать на изменения внешней среды: разрабатывать новые методики поиска, проводить профилактику. И хотя подобные отряды есть уже и в других регионах страны, говорить о создании безопасной среды в целом по России пока преждевременно.

Сергей Шухрин, руководитель ПСО «Волонтер»: Должен найтись настоящий «буйный», который зажжет эту тему в регионе. Никто пока всерьез безопасностью не занимался. Был папа, у которого ребенок погиб под футбольными воротами. Ворота весят 200 кг, они убивают детей, если падают. Так вот, он по городу за несколько лет всё это ликвидировал. Народ должен самозащищаться. Вот, например, опасные детские площадки: знает молодая мамаша, что есть 9 ГОСТов, по которым они должны строиться? Сегодня в стране нет ни одной(!) площадки, сделанной по ГОСТу. К примеру, качели могут быть только на мягких подвесах: на цепочках или на веревках. И вот пока мамы в своем районе не соберутся, какую-то группу не создадут, не нанесут, например, на карту все неблагополучные площадки района, не напишут жалобы и не заставят всё исправить – ничего не сдвинется.

Вопрос самоорганизации – это всегда вопрос человека. Личности. Того, кому жить «как привыкли» страшнее, чем взять на себя инициативу. Чем больше людей будет готово подхватывать то, с чем не способны справиться госструктуры – тем спокойнее, чище, удобнее и безопаснее будет мир, в котором мы живем. Найти себе применение несложно: надо просто посмотреть по сторонам.

Share this post

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *